Безупречная форма и адское трудолюбие. Какой зрители запомнят Светлану Адырхаеву

0 24

Очень редко бывают такие народные артистки СССР – тихие. Говорит вполголоса, общается без нажима, двигается деликатно, чтоб не занимать в пространстве много места. Выдающаяся балерина и педагог Светлана Адырхаева была этой манеры. Притом ее чувство собственного достоинства – дай бог каждому – восполняло и тихий голос, и скромный облик.Александр Макаров/РИА Новости

Рядом с ней все будто подтягивались. В театре, как в жизни, напор имеет значение, но она была примером справедливого мироустройства, девочкой из провинции, принятой в труппу исключительно за талант. Всего, чего она добилась – а добилась она многого – благодаря не самой щедрой удаче и собственному труду.

Кроме таланта, признанного и вне, и внутри театра, на уровне коллег (что дорогого стоит), Адырхаева была награждена двумя главными балетными добродетелями – безупречной формой и адским трудолюбием. Небо и советская система образования позаботились, чтобы сельскую девочку из Северной Осетии заметили ищущие по стране способных детей педагоги Вагановского училища.

Только что на 85-летнем чествовании Светлана Дзантемировна вспоминала, что плохо знала русский, никто ее не предупредил, что мама в Ленинград не поедет, и она проплакала всю дорогу. А дальше сработали характер и судьба. В 17 лет – выпуск из училища, Челябинский и Одесский театры. В 22 – после участия в Декаде литературы и искусства Северо-Осетинской АССР в Москве (были такие казусы национальной политики) – принята в Большой театр сразу на Одетту-Одиллию в “Лебединое озеро”.

Безупречная форма и адское трудолюбие. Какой зрители запомнят Светлану Адырхаеву Фото: РИА Новости

Легенда гласит, что приметила ее Галина Уланова, при всей своей надменности отзывавшаяся о юной балерине лестно. А классом Адырхаева занималась у Асафа Мессерера, главного гуру Большого балета ХХ века. И хотя учили ее в Ленинграде, по иронии судьбы фото безупречной Адырхаевой иллюстрируют лучший учебник московской школы, “Уроки классического танца” Мессерера.

Солисткой Большого театра она была до 1988-го, протанцевав 28 лет. В списке лучшего – труднейшая классика. Кроме Одетты-Одиллии – феи “Спящей красавицы”, Китри (“Дон Кихот”) и Хозяйка Медной горы (“Каменный цветок”). Эталоном роли остались ее Эгина “Спартака” и Мехмене-Бану “Легенды о любви”, где она сплела чистые линии академического балета с чувственностью античности и Востока – легко как дышала. Она рассказала, что Эгину попросту смыли – то ли постарались завистники, то ли экономили пленку – остались лишь отрывки, фотографии да живучая театральная слава.

Не замыкаясь на Большом, Адырхаева училась в ГИТИСе и в начале 90-х вместе с мужем пробовала выжить с собственной труппой. Но по-настоящему она продолжила себя в Большом, в ученицах, и тут уж боролась за своих. Анна Антоничева, Екатерина Крысанова, Евгения Образцова, три Насти – Сташкевич, Яценко, Горячева, Мария Семеняченко – все интересные балерины поколения росли под ее острым глазом и тихим голосом.

Звучит как парадокс, но жизнь Адырхаевой выявила прочную связь между характером горянки и классическим балетом. И в том, и в другом принято очень тщательно скрывать усилия – травмы и трудности оставлять в кулисах, вынося на сцену жизни только блеск, успех, красоту и радость. Светлана Адырхаева могла бы станцевать больше, прославиться громче, но она делала что могла и, в своём стиле, никогда не показывала усилий. Неправда, что стиль не передается. Она оставила своё умение ученицам и сама осталась частью стиля Большого театра. Так и будем помнить.

Источник: rg.ru
Подписаться
Уведомить о
guest

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x